13.07.2016

За окном медленно ползла серая полоска низенькой платформы вокзала города Бийска. За последние трое суток, проведённые в пути, мы не раз уже наблюдали эту картину, даже пообвыклись с ней. Эти серые, чёрные, белые, жёлтые полоски то приползали, то уползали, то замирали на время, прежде чем продолжить свой путь, но в этот раз всё совсем по-другому – полоска приползла. Вот и люди в вагоне засуетились, наверное, всем неожиданно захотелось взглянуть на эту полоску – бесстыжую возмутительницу спокойствия. Мы же не спешили, пускай выйдут, пускай насмотрятся на свою полоску, а следом можно спокойно вытащить наши упакованные велосипеды и рюкзаки, в этом деле нужен простор и отсутствие суеты.
Как и договаривались, Сергей – наш водитель, уже ждал у вагона. Начали перетаскивать тюки к вокзалу, поэтапно перегруппировали все велосипеды и рюкзаки в прицеп, часть рюкзаков разместили в салоне. И, вроде всё было готово, можно отправляться в путь, спешить к отправной точке путешествия – к перевалу Чике-Таман, но ведь у меня с моей маленькой пони из головы есть ещё одно дельце. Мы же не можем так вот взять и не сфотографировать мини-фигурки поняш на фоне какой-нибудь достопримечательности. Здесь я достал все мини фигурки, которые собрал в это путешествие, и мы принялись их фотографировать на фоне паровоза-памятника Л1174. Честно признаюсь, наше «ненадолго» несколько растянулось, из капкана фотографических экспериментов нас вырвали ребята, что-то крича с парковки, видимо, пора!



Бийск нехотя отпускал нас, мы кружили в лабиринте улиц, попадались в цепкую хватку городских светофоров, но с каждым перекрёстком становились всё ближе к свободе. Вот за окном проплыл «Музей Чуйского Тракта», замелькали ограды моста через могучую Бию, светофоры оставались позади вместе с остальными условностями города, направление на юго-восток, на простор Чуйского тракта! Первые километры после Бийска, признаться, не особо впечатляют, скорей даже огорчают, уж очень много забегаловок и турбаз появилось вдоль дороги. Складывается впечатление, что едешь по какому-нибудь ближнему Подмосковью. В последнее время турбазы стали расти как грибы после дождя и в чём-то это скорее плохо, чем хорошо, очень сложно почувствовать единение с природой в таком месте. Суета, люди, обрывки минувшего веселья… Постройки, не вписывающиеся в окружающий ландшафт, безвкусные вывески, всё это хочется проехать как можно скорей, но одну остановку всё же пришлось сделать: ребятам нужно было на базар в Манжероке за сувенирами, особенно нашим новичкам – Сталкеру и Тан Яле. Этот рынок здесь, пожалуй, самый лучший и довольно гармонично вписывающийся в пейзаж трассы, в отличие от большинства новодельных. И, пока мы бродили по рыночку, я вспомнил, что забыл комус, но новый покупать не стал – сам виноват, нужно внимательней вещи собирать!
В Усть-Семе картина изменилась, как и в «вело-конной экспедиции 2014-го», мы свернули на запад в направлении Камлака, здесь всё ещё не разрослись грибницы турбаз, Алтай живёт своим привычным укладом. Вспоминаем с Беркутом нашу эпопею, делимся впечатлениями, которые, увы, понятны только нам и моей поняше, остальные только завороженно смотрят в окно, провожая великолепие проносящихся пейзажей.
Глядя на удаляющийся поворот в Чергу, от ностальгии защемило в груди. Поняша вспоминала свои первые самостоятельные полёты в алтайской вольнице. Она вспоминала, какими хрупкими были её крылья, как она училась премудростям полёта, как она почувствовала ветер… Мы до сих пор с теплотой вспоминаем нашу первую встречу с Лу, здесь, в мире земли, но сейчас цель другая и машина мчит на юг.
Через некоторое время, последствия утреннего променада по Барнаулу ненавязчиво напомнили о себе: я начал засыпать, возвращаясь к реальности только на крутых поворотах, когда меня буквально выбрасывало с места. А пока я выключался, поняшка развлекалась, как могла, ей не хотелось тесниться в «Газеле» и она летала среди окрестных гор, несмотря на моё недовольное бурчание. Как ни странно, эта лошадь научилась управляться с ветром так, что запросто могла обгонять автомобиль и получать от этого несказанную радость. Ну а я снова засыпал, просыпался, и так продолжалось до самого Онгудая! Очень здорово ехать в заранее арендованной машине, когда ни мы не мешаем окружающим, ни они нам. А в Онгудае мы решили остановиться на обед, отсюда до перевала совсем немного остаётся и нам не помешает хорошо перекусить. Конечно, еда у нас есть, но она для похода и покоится глубоко в недрах рюкзаков, а питаться инфернальными пирожками, купленными, где-то под Красноуфимском не хотелось, хотелось нормальной местной еды, по которой мы за долгое время истосковались. Кстати о пирожках, они ещё во всей красе проявят свою инфернальную суть, но это будет лишь несколько перевалов спустя, не переживайте, об этих героях нашего рассказа я ещё напомню. Закончив трапезу, я задумчиво смотрел на двух голубей, сидевших на крыше кафе. Эта картина показалась мне странной, не естественной, абсурдности происходящему добавляли орлы, кружившие чуть поодаль. Беркут внезапно прервал мои раздумья, сказав, что орлы знают, чем питаются голуби и предпочитают их не есть. Такое объяснение показалось мне логичным, и я вышел из ступора, теперь можно продолжить путь.
До Чике-Тамана добрались быстро, въехали на перевал, где выгрузили всё наше имущество на удивление немногочисленным местным торговцам, чей рабочий день уже подходил к концу. Вопреки усталости и сытой лени, начали распаковывать велосипеды, собирать их, тщательно проверяя каждую мелочь, ведь в отличие от поняши – у нас нет крыльев, и мы не умеем летать, а перевал мог вполне дать такой шанс. Здесь очень сложный рельеф и затяжной спуск, можно легко выехать на встречку, или наоборот, выкатиться за обочину и сорваться вниз. Именно поэтому уделяли большое внимание работе тормозов и соблюдению скоростного режима на спуске.
По алтайскому обычаю перевал – священное место, взобравшись на апогей, путник, впервые забредший в эти места должен оставить здесь что-нибудь для духов и бросить четыре камня в курган. Обычно эти места заметны по большим пирамидам из камней, как правило, рядом можно встретить монетки и прочие сувениры, поднесённые духам в знак почтения. Но есть и те вещи, которые огорчают, свидетельствуя о невежественности гостей Алтая, лишь мельком знакомых с местными обычаями. Мне кажется, всякий, кто хоть раз побывал на Алтае, видел деревца на перевалах и у родников, увешанные множеством разноцветных тряпочек. Изначально в традициях народа эти ленточки называются – кыйра, существует особый обряд их повязывания. К этому обряду допускаются только чистые люди – те, у кого в течение года в семье не было покойников, во время церемонии нельзя кричать, сквернословить. Нужно мысленно обратиться к хозяину Алтая с пожеланием мира, доброго здоровья. И не всякую ленту можно повязывать, это обязательно должна быть новая ткань строго определённых цветов. Что же мы видим? А мы видим священные места, превращённые в помойку невеждами-гостями…
Что-то я совсем отвлёкся от нашей эпопеи, углубившись в свои мысли. А пока я грустил от нелепых, оскорбительных действий нерадивых туристов, наша группа уже пришла в состояние полной готовности. Мне пришлось изрядно повозиться с рюкзаком, в него никак не хотели утрамбовываться берцы и камуфляж, в котором мне не хотелось ехать, сандалии и шорты мне нравились больше и лучше подходили к солнечной погоде. Пока возился, хвалёный «Мираж 80» от компании «Снаряжение» начал фрагментироваться, несколько неожиданно и, как бы это сказать, некстати. Кажется, испытание началось. И что же мне оставалось делать? Конечно же, сфотографировать фигурку Солнечной Принцессы на фоне перевала, сфотографировать нашу группу и, скатываться вниз, не забыв развернуть на импровизированном флагштоке из монопода флаг волшебной страны Эквестрии! Этот флаг уже давно превратился в реликвию, в некий волшебный артефакт, учитывая то количество мест, где он побывал, те вершины, на которые я водружал этот гордый стяг. Вот и настало время новых свершений, новых вершин. Пускай мы стремительно катимся вниз, а ветер нещадно треплет знамя, мы наверстаем потерянную высоту, чтобы коснуться облаков – обителей небесных табунов.


Слева направо: Ваш покорный слуга, Сталкер Типани, Беркут, Резидент, Гоблин, Тан Яла.


Принцесса Селестия

Чуйский тракт живёт своей жизнью, и наша группа невольно становится частью этой жизни, вынужденно подчиняясь законам чёрной ленты асфальта, внимательно наблюдая за встречной полосой и стараясь держаться на краю попутного направления, но и не выкатываться на обочину. Обо всех встречных машинах Беркут, будучи ведущим, предупреждал нас по рации, остальным же оставалось внимательно слушать эфир и самим следить за дорогой. Я долгое время старался соблюдать условленную заранее скорость 40 км/ч, но потом превысил этот лимит, разгоняясь местами до 65 км/ч, но, как выяснилось позже, Беркут на более-менее прямом участке разогнался аж до 97км/ч!
Весь спуск с перевала я заснял на камеру, виды получились действительно завораживающими, стремительными.
Наката, полученного на перевале, хватило ещё километра на три, а когда вновь почувствовали упругость педалей, остановились на подтяжную у реки Большой Ильгумень. Подумали насчёт стоянки, но вопреки сгустившейся лени, продолжили путь. С этого момента группа начинает в хаотичном порядке растягиваться по трассе. Сперва Резидент остановился для центровки колеса. Процесс этот достаточно трудоёмкий, но за этот поход подобные правки, как и проколы, повторятся ещё не раз.
Дорога стремилась вниз, местами скорость достигала 50 км/ч, моя поняша радовалась необъятной свободе, она играла со мной, подлетала совсем близко, даже опасно, стараясь задеть меня крылом, но в последний момент отклонялась и энергичными взмахами крыльев уносила себя к вершинам гор, исчезала там, и также внезапно появлялась с громким «Бу». В процессе я умудрялся снимать видео на ручную камеру и даже что-то комментировать. В Купчегене я с радостным писком обогнал Гоблина и понёсся дальше, но далеко не уехал. В конце посёлка раздался странный щелчок, который не предвещал ничего хорошего, остановившись, я с ужасом обнаружил, что наш флаг попал в колесо, но на удивление повреждений не получил, только немного запачкался. Спрятав штандарт до покорения горных вершин, я продолжил путь, а поняша легонько ткнула меня зацепом, упрекая за беспечное отношение к нашему флагу. Снова ветер играет поняшкиной гривой, вечереет, яркий месяц взошёл над горами, запах степных трав будоражит, лёгкие жадно хватают этот пьянящий воздух, лень и усталость исчезают без следа, хочется ехать, не останавливаясь, хоть целую вечность. Ребята тоже начинают подтягиваться, все движутся по трассе, я всех прекрасно слышу. Остатки города высыпаются на крохотных выбоинах обочины, возвращая меня в наш мир, в мир горных дорог, тайных троп и приключений — в наш родной дом! Навязчивый металлический стук ворвался в нашу с поняшей идиллию, совершенно внезапно случился прокол, и я уже несколько сот метров качусь на ободе. Пришлось экстренно остановиться, отвязать от багажника рюкзак и заняться оперативно-полевым ремонтом. Я сообщил по радио об инциденте и попросил меня не ждать, всё равно на Чуйском теряться негде.
Беспощадно матерясь я занялся колесом, увидев состояние покрышки, я её сменил, поняв, что проколы при таком износе повторятся, и не раз, а старая покрышка, наоборот, отправилась в резерв. Поблизости зашелестел Гоблин, остановился, предложил помощь, но я отказался, поскольку масштабного бедствия у меня не было, ещё легко отделался.
Солнце уступило место Луне без остатка, мерцали звёзды. Новая покрышка, пролежав в резерве несколько лет, наматывала первые алтайские километры. Сбившись с ритма, я внезапно для себя сильно устал, а тут ещё подъёмы начались, но я принципиально не спешивался, продолжая изо всех сил крутить педали. В сумерках мимо нас проплывали сонные лошади и коровы – дети сытных лугов. Алтайская ночь неописуемо красива, но и о сне надо позаботиться, а значит – пора искать место для стоянки. В конце скального прижима у Катуни, меня ждали Беркут и Резидент. Здесь со мной случилась первая в этом походе «лёгкая принцессочность» и я заявил о том, что немного устал. Остальные участники уже находились у Большого Яломана, где их и догнали. Очередным сюрпризом стало наличие некого кемпинга у реки, что не помешало нам въехать на территорию и спрятаться в лесу, подальше от домиков.
С дровами здесь было сложно, но не настолько, чтобы не хватило на приготовление скромной походной пищи. Шум реки убаюкивал, но ещё надо расставить палатки, выдать Сталкеру «Радугу» для зарядки радиостанции и, дабы прогнать сон, я с радостными визгами искупался в студёной воде Большого Яломана.
Сквозь сон до меня доносились звуки «Радуги», Сталкер старательно заряжал рацию, а я приобнял уставшую поняшу и крепко уснул до самого утра.

14.07.2016



Ясное, звонкое и опустошающее утро настигло нас на берегу Большого Яломана. А что вчера было? — застыл в едва очнувшейся голове немой вопрос. Наш базовый лагерь нехотя пробуждался, постепенно приходя в движение. Раньше всех пробудился Резидент, в растерянности он бродил по берегу, среди жиденькой поросли берёзок. Здесь он совершенно случайно повстречал хозяина кемпинга, в отличие от центральной России, это не повлекло за собой никакого конфликта, а наоборот, состоялась вполне дружественная беседа. Узнав о наших планах, хозяин разрешил нам остаться, единственным условием нашего пребывания было соблюдение чистоты, что, собственно говоря, для нас – естественно.
Завершив походную трапезу, стали паковать вещи, и тут у Резидента случилась «трагедия» – он принял прокольную эстафету. Эта антиэстафета не отпустит нас до самого окончания похода, многим из нас придётся ремонтироваться в полевых условиях, да ещё и по нескольку раз за день, но это только самое начало, адаптация, мы даже не подозреваем о том, что ждёт впереди, хоть и догадываемся.



Ясное солнце и река дарят море красок, самое время сфотографировать несколько фигурок и отправляться в путь. Когда все покинули стоянку, я ещё возился с рюкзаком, в него по-прежнему не помещались берцы и камуфляж, но ехать в этой тяжёлой одежде по солнцепёку мне не хотелось, поэтому пришлось бороться. Нутро рюкзака нехотя сдалось, брезгливо приняв в свою утробу лишние вещи.











Выбравшись из сени берёзок на песчаную дорогу, я ощутил всю мощь алтайского солнца, я понял, что сегодня нас ждёт очень непростой день и потребуется очень много воды, за её расходом придётся внимательно следить. Ехать на песчаном подъёме не получалось, приходилось толкать велосипед подобно маленькой лошадке, в то время как моя маленькая пони из головы сопровождала это действо дружескими подколками, к которым вскоре добавились иронические комментарии Резидента, ожидавшего нас у Чуйского тракта.
Все уже были далеко впереди, а мы с Резидентом замыкали группу, для нас это не принципиально, мы же не соревнуемся ни с кем, и уж тем более в любой момент сможем нагнать остальных и даже обогнать. Но, такой задачи перед нами не стоит, нам нужно равномерно расходовать силы и не перегреваться. Сегодня наша цель – Белый Бом, он уже почти за углом, вот только до угла ещё добраться надо.
Затянувшееся молчание нарушила рация:
— Резидент Беркуту на связь!
— Резидент Беркуту на связь!
— Беркут! Это Эльф, резидент едет впереди меня, что ему передать? — переведя дух, я вышел в эфир вместо Резидента.
— Передай ему, чтобы он рацию вытащил оттуда, где он её обычно носит!
— Передам.
В Малом Яломане останавливаться не стали, пролетели это селенье довольно быстро, да ещё и, нарушив правила приоритета при проезде по ремонтируемому мосту, но водители отнеслись к нам с пониманием и даже не оббибикали, хоть и есть за что. За Малым Яломаном тянулось просторное довольно пологое плато, пылкий аромат степи щекотал ноздри и в то же время, напоминал о необходимости обильного питья. Внезапно горы подсказали хорошее место для отдыха: у обочины дороги покоился большой камень, даривший благодатную тень – замечательное место для отдыха, тем более мы ведь ещё адаптируемся к походному ритму, можно сделать остановку.
На привале выяснилось, что у Гоба прокол, похоже, эстафета продолжается. От большого тенистого камня до Ини было уже недалеко и отремонтироваться решили там, хорошо, что прокол оказался «медленным» и оставшиеся километры вполне можно проехать, хорошенько подкачав колесо.







В Ине мы организовали большой привал, солнце нещадно палило и мы спрятались под навесом одного магазинчика, закупившись прохладительными напитками и мороженным. Снова веяние ностальгии, здесь до сих пор чувствовались отзвуки 2014-го года, одного взгляда на Инигеньскую тропу достаточно, чтобы воскресить в памяти вереницу памятных событий. В этот раз, правда, обошлось без подпитых алтайцев, и чувствовал я себя гораздо лучше, хоть и прятался в тени, не в пример моей поняше, у неё тоже ностальгия, а ещё крылья, взмахнув которыми, она умчалась к Инигеньской тропе, уж очень она любит летать над скалами, в полной мере наслаждаясь свободой.
Пока Гоб ремонтировался, мы прозябали в полудрёме, эпизодически что-то советуя, пони тоже налеталась и ей очень хотелось уже в Белый Бом, да и солнце не стояло на месте, продолжив свой путь, светило умерило пыл, разрешив и нам продолжить движение.
Следующую остановку мы сделали у слияния Чуи и Катуни (Чуй-Оозы), это священное место, где всегда принято останавливаться, особенно тем, кто здесь впервые. А пока Сталкер и Тан Яла наслаждались красотами и общались с духами, я вооружился фотокамерой и фигурками пони, им тоже интересно побывать в этом сказочном месте. И здесь нас с поняшей настигла ностальгия, каменистый плёс на противоположном берегу Катуни возвращал к лучшим моментам 14-го, закончив бродить, я вернулся к беседке, где сидел Гоблин с неважным видом. Адаптация – непростая страда, всегда выявляет все недочёты, одним из которых оказался гоблинский «тактический рюкзак». С одной стороны он удобен для транспортировки мелочей их оперативного использования, но при этом он нарушает терморегуляцию тела, приводя к тепловому удару.
Пришлось задержаться, отпаивая Гоба водой. Просидев так ещё около часа, мы тихонько двинулись в путь до Чуй-Оозы, расстояние маленькое, а там можно остановиться на перекус в кафе, откормить и отпоить Гоблина до кондиции, чтобы нам до Бома дотянуть.









Калбак-Таш ещё одна длительная остановка на пути к Белому Бому. Вечерело, солнце озарило багрянцем вершину Бома, только мы не спешили, сказывалась усталость большей части группы, да и место это не простое, здесь нужно остановиться хотя бы из уважения.
Втащив велосипед к небольшой беседке, я устало приземлился на скамеечку, раздумывая над посещением этого чудесного места. Скальные отроги, поросшие травой и мелким кустарником, манили и в то же время даже пугали, ведь там за низеньким забором, призванным отпугивать лишних любопытных, скрывается сказочный мир – мир духов. Поднявшись на эту невысокую гору можно узнать много нового, что-то услышать, что-то увидеть и далеко не факт, что это будет приятно. Часто такое общение отнимает много сил, едва ли не все, а мы и так сильно устали.
Беркут и Резидент уже были на этой волшебной горе и не собирались туда, настал черёд остальных услышать голос Алтая, прикоснуться к великой Легенде! Я долго собирался с мыслями, наверху уже бродили Гоблин и Тан Яла, поднимался по тропе Сталкер Типани, вот и я решил вскарабкаться наверх. Довольно неприятным известием стал платный вход к священному месту, но нас это не остановило, как всегда пошли своим путём, ибо торговлю святыми местами мы принять не можем никак. Единственный плюс от будки с билетиками это, разве что, уборка территории. Но и здесь вопрос спорный: зачем же мусорить, тем более в таких местах, но это уже вопросы человеческой природы, которые находятся за пределами рационального мышления.
Карабкаться по скале было трудно, но я, тем не менее, не отступал. Как бы невзначай раздался чей-то голос, которому я не сразу придал значение: « Давай поднимайся! Ты же ведь лошадь с крыльями! Верно?!» — просто супер, я, конечно, всё понимаю, но кто же в такие моменты с подколками лезет?
Поднявшись на плато, я никого не нашёл. Поняша тихонько цокнув копытцами о камни, приземлилась рядом. Здесь её было не узнать, обычно весёлая и раздухорённая, вечно рвущаяся ввысь, она притихла, сложила крылья и не отступала ни на шаг. Уж не знаю, отчего она так затихла, может, конечно, устала, хотя, я в этом сильно сомневаюсь, она хорошо летает и силы впустую не расходует, даже при всей своей экспрессии. Так мы ходили довольно долго, вскоре, нависла густая тишина, и появилось чувство расслабленности, даже опустошённости. Здесь чувствовалось чьё-то незримое присутствие и это были не туристы, это был кто-то или что-то ещё. Почувствовав усталость, я захотел присесть на камень, мне разрешили и я уселся на тёплых мшистых камнях, пони тоже уселась рядом, подобрав под себя копытца.
Сложно описать, что творилось у меня в голове, пожалуй, я многого до сих пор не понимаю, но вышел я оттуда умиротворённым, даже слегка опустошённым и поняша тоже стала тихоней, странное это место и очень сильное.
Сгущались сумерки, дорога то спускалась, то поднималась, угол, за которым спрятался Белый Бом становился ближе, вот-вот уже можно дотянуться, но всё ещё приходится крутить педали. Камни вдоль дороги странно себя вели, если ещё вчера я не придавал этому значения, то сейчас их забавные лица стали куда заметней, они даже умудрялись строить рожицы. Доехав до Йодро, я поделился с Беркутом своими наблюдениями, на что он сказал, что это, дескать, нормально, поделившись в свою очередь собственными наблюдениями.
И снова крутим педали, в лунном свете сверкает серебром звонкая Чуя, на радость моей поняше, Ночная принцесса словно открыла ей второе дыхание, пробудив притаившиеся в её крохотном тельце силы.
Дальше лучше, спустя два года, нас навестила Лу. Подъезжая к Белому Бому, встречалось всё больше лошадей, их тёмные силуэты неспешно бродили вдоль дороги, пощипывая травку. Но один силуэт вёл себя неестественно, то прикидываясь камнем с рожицей, то становясь лошадью, только выдавали эту лошадь утончённые черты. Не бывает таких высоких и грациозных мини-лошадок, это определённо была Луна, но она не говорила, молча играла со мной и поняшей. Резидент уже сидел в кафе на Боме и даже встретил там владельца и нашего общего друга – Аржана Такина, связь работала отлично, и Аржан передавал Беркуту привет по рации, виднелись огни, Бом был уже здесь.
У самого въездного знака из-за очередного камня-лица, проворно выпрыгнула Лу и тотчас исчезла.
Оказавшись в кафе, залитом ярким электрическим светом, мы начали поиски пищи, правильной, белобомовской, по которой так скучали все эти годы! За ужином обсуждали какую-то странную световую рекламу на въезде в посёлок, говорят, она была вульгарной, в стиле Лас Вегаса. Мне это показалось странным, все видели, а я – нет. И тут-то я вспомнил, тот невообразимый кульбит Луны, рассказав об этом ребятам, мы сошлись во мнении, что она меня спасла от этой ужасной вывески. После ужина погостили у Аржана, после чего отправились в наш гостевой аил отсыпаться, на сегодня хватит адаптации, завтра надо уже уверенней двигаться, не останавливаясь так часто. Также, дорога всё время будет идти в подъём, лишь иногда давая нам отдохнуть, но эти подвиги будут завтра, а сейчас принцесса ночи дарует нам крепкий сон на деревянных лавках аила под говор Чуи.

P.S. Выходя из кафе, я видел зеркальную поверхность, но в ней не было моего отражения, я смотрел сквозь зеркало куда-то вдаль в какое-то ярко освещённое помещение. Решив оставить эту загадку до утра, я покатил велосипед прочь к нашему аилу.

Алтай 2016: Легенда Тюте. Первые шаги

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.